Истории, которые нельзя оставить в оккупации: финалисты специальной номинации «Честь профессии»
Флаг, пропуск, детская фотография, школьный учебник, крест. В мирной жизни это просто вещи. В условиях оккупации они становятся свидетелями преступлений, символами сопротивления и доказательствами того, как Россия пытается контролировать каждый аспект жизни – от работы и образования до веры и личной памяти.
За каждой из них – люди, пережившие оккупацию, репрессии, пытки, принудительную русификацию, религиозные преследования и попытки лишить их собственной идентичности. За каждой – работа журналистов, которые документируют военные преступления и сохраняют свидетельства для будущего.
Именно такие истории вошли в число финалистов спецноминации «Лучший материал на тему жизни украинцев в условиях временной оккупации» конкурса «Честь профессии». Номинация инициирована совместно ОО «Детектор медиа» и Программой «Партнерство за сильную Украину» (PFRU), которая финансируется правительствами Великобритании, Эстонии, Канады, Норвегии, Финляндии, Швейцарии и Швеции.
«Первый Запорожский» рассказывает о людях и событиях, стоящих за каждой из этих работ.
Флаг в сарае
Оккупанты нашли в сарае Елены большой украинский флаг. Когда российские военные разложили флаг во дворе, один из них бросил женщину лицом на него, угрожая расстрелом. Он поставил ногу ей на спину, прижал автоматом и кричал, что хочет прострелить ей колени. Поднимал оружие, целился, щелкал затвором.
Угрозы расстрелом из-за украинского флага были лишь началом. После задержания Елена подверглась пыткам, незаконному заключению и принудительному труду на строительстве российских оборонительных укреплений. Ее история стала одним из задокументированных свидетельств использования украинских гражданских лиц в качестве рабской рабочей силы на оккупированных территориях.
Именно ей посвящен материал «Россияне использовали пленников как рабов, чтобы строить подземные туннели линии обороны. Елена Ягупова из-под Энергодара пережила пытки и рабство в оккупации», подготовленный Элиной Сулимой для ZMINA.
Пропуск
После оккупации Энергодара Олег оставался работать на Запорожской атомной электростанции до января 2023 года. Ему заблокировали пропуск из-за проукраинской позиции: он отказался получать российский паспорт и подписывать контракт с «Росатомом».
Впоследствии Олега вместе с сыном отвезли в СИЗО. Четверо кадыровцев раздели его до нижнего белья и избивали резиновыми дубинками. Самым тяжелым для отца было слышать крики сына из соседней комнаты. Пытки длились около трех часов. История Олега — лишь один из десятков задокументированных случаев давления на работников крупнейшей атомной электростанции Европы.
В своем материале «Атомный город в оковах: как Россия преследует, пытает и незаконно заключает в тюрьму жителей Энергодара и работников Запорожской АЭС» Александр Носок для «Первого Запорожского» показывает систему преследования работников ЗАЭС и жителей Энергодара, которые отказались сотрудничать с оккупационными властями.
Детское фото
Коле Седыху было восемь лет, когда он оказался в приюте в оккупированном Харцызске в Донецкой области. Накануне полномасштабного вторжения мальчика вывезли в Россию. Там он вырос, получил российские документы и поступил на службу в армию страны-агрессора.
Сегодня гражданин Украины, ставший жертвой российских военных преступлений, имеет шанс вернуться домой, на Донбасс. Но вернуться уже другим человеком – Николаем, солдатом оккупационной армии.
Материал «Два кадета. Как Россия превратила донецких сирот в российских солдат» Инны Гадзинской и Тимофея Крамарива для Texty.org.ua исследует, как Россия годами меняет идентичность украинских детей, превращая жертв войны в инструмент собственной военной машины.
Коллаж: Texty.org.ua
Школьный учебник
Сергей учился в украинской школе на оккупированной части Херсонщины. Он отказался вступать во всероссийское военно-патриотическое движение «Юнармия». За это сталкивался с предвзятым отношением: учителя занижали оценки, а во время конфликтов становились на сторону членов организации.
В последний раз украинский учебник он держал в руках в четвёртом классе. В последующие годы его мировоззрение систематически пытались изменить через школу, пропаганду и навязывание российской идентичности. Лишь спустя время мальчику удалось уехать на подконтрольную Украине территорию.
Материал «Юнармия. Как Россия делает из украинских детей своих солдат» Жанны Безпятчук и Марьяны Матвейчук для «BBC News Украина» показывает, как Россия на оккупированных территориях системно милитаризирует и русифицирует украинских детей через образование, пропагандистские движения и другие каналы влияния.
Крест
Для греко-католического священника из Мелитополя Александра Богомаза оставаться верным Украине означает оставаться верным правде и Богу.
Репрессии против священнослужителей разных конфессий начались сразу после оккупации города. Их незаконно задерживали, проводили обыски и допросы. Впоследствии оккупационные власти запретили деятельность многих церквей и отобрали имущество, включая культовые сооружения. Верующим пришлось либо уезжать, либо уходить в подполье.
Документальное расследование «Не будет Бога, кроме ихнего» Данила Мокрика и Константина Нечипоренко для The Kyiv Independent рассказывает о религиозной свободе, которую Россия пытается уничтожить на оккупированных территориях.
Россия пытается отнять не только территории. Она пытается отнять память, язык, веру, детство и право человека оставаться собой.
Эти истории нельзя оставить в оккупации.
Читайте также:
Получайте новости быстрее с помощью нашего Telegram-канала: https://t.me/onenews_zp
Подписывайтесь на «Первый Запорожский» в Instagram!
0