Десятки лет тюрьмы за донат: как россияне на оккупированной территории Запорожской области судят украинцев за «финансирование ВСУ»

Десятки лет тюрьмы за донат: как россияне на оккупированной территории Запорожской области судят украинцев за «финансирование ВСУ»

Российские оккупационные силы на захваченной территории Запорожской области систематически преследуют и задерживают гражданское население. Одним из поводов для этого становятся банковские переводы. За пожертвования в поддержку украинских волонтеров или Вооруженных сил Украины жителей обвиняют в «государственной измене» в пользу государства-агрессора. Даже за незначительные суммы людей приговаривают к длительным срокам заключения. Среди пострадавших — преимущественно пожилые люди, для которых такие приговоры означают пожизненное наказание.

«Первый Запорожский» рассказывает о случаях незаконных задержаний и приговоров, вынесенных жителям оккупированной части Запорожской области за якобы «финансирование ВСУ» с начала 2026 года.

От банковского перевода – до российской тюрьмы: как ФСБ охотится на украинцев

В начале оккупации российские захватчики совершали преступления открыто: проукраинских жителей задерживали без объяснений, содержали под стражей и пытали.

С 2024 года подход изменился – репрессии начали маскировать под «законные» процедуры. Задержания сопровождаются сфабрикованными уголовными делами, а приговоры выносят подконтрольные России псевдосуды. Сейчас этот механизм преследований стал четко отработанным.

Главным органом преследований является ФСБ России. Спецслужба отслеживает все банковские операции и фиксирует переводы на карты, связанные с украинскими военными структурами, благотворительными фондами или волонтерами. Основанием для уголовного дела может стать даже давний перевод, осуществленный еще до оккупации. В то же время не исключено, что часть таких дел возбуждается против людей, которые просто отправляли деньги родственникам на подконтрольную Украине территорию.

За донаты украинской армии людям в оккупации грозят десятки лет заключения.
За пожертвования украинской армии людям грозят десятки лет тюремного заключения.

Задержания часто происходят без объяснений, нередко ночью. Оккупационные правоохранители изымают телефоны, компьютеры и документы, запугивают родственников и угрожают им.

В публичных пресс-релизах «судов» ключевым «доказательством» регулярно называют перевод через мобильное приложение украинского банка. Обвинения дополнительно усугубляют политическими ярлыками – «антироссийские взгляды» или «проукраинская идеология», – превращая личную позицию в составную часть «преступления». Под таким давлением люди нередко признают «вину» еще до вынесения приговора.

Юридической основой преследований служит Уголовный кодекс РФ, который оккупационные власти незаконно распространили на захваченную часть Запорожской области. Одной из ключевых является статья 275 («государственная измена»). Ее применение носит откровенно манипулятивный характер: Россия фактически рассматривает граждан Украины, живущих в оккупации, как своих «граждан», якобы предавших «государство». Даже отсутствие российского паспорта не мешает оккупационным судам выдвигать такие обвинения, ссылаясь на незаконное «включение» территории в состав РФ.

Параллельно широко применяют статью 205.1 («содействие террористической деятельности»). Ее используют в случаях, когда речь идет о помощи подразделениям, которые в России объявлены «террористическими» или «экстремистскими», в частности полку «Азов». При этом сумма перевода не имеет значения – даже 100–200 гривен могут стать основанием для обвинения. В результате любой человек, проявивший проукраинскую позицию или помогавший знакомому волонтеру, рискует быть объявленным «террористом».

Обе статьи предусматривают суровые сроки заключения – от 10 до 20 лет, а в отдельных случаях и пожизненное лишение свободы. Для многих пожилых и тяжелобольных жителей это фактически означает приговор к медленной смерти в российских колониях.

Дело Галины Бехтер

5 марта российские оккупанты осудили 68-летнюю жительницу села Плодородное Мелитопольского района Галину Бехтер. Ее обвинили в якобы переводе средств в поддержку Вооруженных сил Украины.

По версии российского «следствия», в июле 2023 года женщина воспользовалась мобильным приложением украинского банка на своем телефоне и осуществила денежный перевод в поддержку ВСУ. Сумму оккупанты не сообщают.

Женщину задержали в мае 2025 года, с тех пор она находилась под стражей. По обвинению в «государственной измене» оккупационный суд приговорил ее к 11 годам лишения свободы с последующим ограничением свободы сроком на один год.

На приговор отреагировал Уполномоченный Верховной Рады Украины по правам человека Дмитрий Лубинец. Он обратился к российскому омбудсмену с требованием подтвердить место содержания женщины и обеспечить соблюдение ее прав. Также начата процедура включения Галины Бехтер в перечень гражданских лиц, которых государство-агрессор незаконно удерживает.

68-летняя Галина Бехтер из Мелитопольского района получила 11 лет тюрьмы якобы за поддержку ВСУ.
Галина Бехтер

Дело Николая Тинькова

6 марта оккупационный «Запорожский областной суд» незаконно приговорил 70-летнего жителя села Азовское Бердянского района Николая Тинькова к 10 годам лишения свободы в колонии строгого режима.

Российские захватчики утверждают, что мужчина якобы перечислил 3 015 гривен в поддержку ВСУ через мобильное приложение украинского банка.

На протяжении лет оккупации Николай Тиньков отказывался получать российское гражданство. Вероятно, именно это стало одной из причин, по которым он попал в поле зрения оккупационных спецслужб.

Отсутствие российского паспорта использовали как формальный повод для квалификации дела по статье о «содействии террористической деятельности», а не «государственной измене». Дополнительно мужчине инкриминировали «неприязнь к российской власти».

70-летний Николай Тиньков из Бердянского района получил 10 лет колонии якобы за перевод на ВСУ.
Николай Тиньков

Дело Светланы Лой

Резонансным стало и дело 69-летней Светланы Лой из оккупированного Токмака. 10 февраля фейковый суд приговорил ее к 15 годам лишения свободы за якобы перечисление средств в поддержку украинской армии.

По версии российской стороны, в течение января–ноября 2024 года женщина осуществила 24 перевода через мобильное приложение украинского банка. Общую сумму этих операций оккупанты оценили в 63 420 рублей, что примерно соответствует 35 296 гривнам.

В декабре 2023 года Лой под давлением обстоятельств получила российский паспорт. Она продолжила получать украинскую пенсию и параллельно оформила российскую. В то же время принудительная паспортизация стала для нее ловушкой: женщина формально попала под действие статьи о «государственной измене». Дополнительным обвинением назвали ее «антироссийские взгляды».

Показателен и ход судебного процесса: в начале заседания подсудимую по неизвестным причинам не смогли доставить в зал суда, а дело рассмотрели в рамках одного заседания. Это свидетельствует о формальном характере таких «процессов».

69-летняя Светлана Лой из Токмака получила 15 лет тюрьмы якобы за перевод на ВСУ.
Светлана Лой

Оккупационное «правосудие» вне международного права

Эти истории — не единичные случаи, а часть системной практики. Преследованиям и репрессиям подвергаются жители всех оккупированных территорий. Реальные масштабы задержаний за якобы «финансирование ВСУ» остаются неизвестными: значительную часть дел не обнародуют, а семьи задержанных боятся говорить.

Омбудсмен Дмитрий Лубинец подчеркнул, что так называемые суды, созданные российскими оккупационными властями, не имеют никакой легитимности и не могут выносить законные приговоры гражданам Украины. Эта позиция основана на нормах международного права, в частности IV Женевской конвенции о защите гражданского населения во время войны, которая прямо запрещает репрессии против гражданских лиц и принудительное применение законодательства государства-оккупанта.

За этими приговорами стоит четкая логика: преследуя проукраинское население, Россия стремится подавить любую поддержку Украины и установить тотальный контроль над оккупированными территориями. В то же время показательные процессы над «спонсорами ВСУ» выполняют и пропагандистскую функцию: для внутренней аудитории их подают как «борьбу с терроризмом», формируя образ ВСУ как «террористов», а всех, кто их поддерживает, – как преступников.

Украинское и международное сообщество, а также правозащитные организации должны системно документировать каждый такой случай, чтобы виновные не избежали ответственности, а каждый незаконно задержанный человек получил шанс на восстановление справедливости.

Текст – Александр Носок


Читайте также:

Получайте новости быстрее с помощью нашего Telegram-канала: https://t.me/onenews_zp

Подписывайтесь на «Первый Запорожский» в Instagram!

0