После переезда в Запорожье Бердянский государственный педагогический университет не только возобновил работу, но и расширил проектную и международную деятельность. Недавно вуз также утвердил новую стратегию развития, в основу которой заложена концепция «университета без стен».
Несмотря на войну и вынужденное перемещение, университет сохраняет студенческое сообщество и привлекает новых абитуриентов со всех регионов Украины.
О работе БГПУ в условиях перемещения, его развитии и основных вызовах военного времени «Первому Запорожскому» рассказал ректор университета Игорь Богданов.
«Университет без стен» привлек международные гранты и расширил проектную деятельность после перемещения
– Официально устав релоцированного учебного заведения вступил в силу 20 апреля. Расскажите, с чего началось возобновление работы университета в Запорожье? И какие трудности оказались самыми большими вначале?
– Мы вообще уехали без ничего. Запорожский национальный университет предоставил нам помещение, и начинали мы с одной комнаты. Сейчас у нас полтора этажа в учебном корпусе.
Вначале главными проблемами были отсутствие материально-технической базы и непонимание того, что будет дальше. Мы строили свой университет в Бердянске, у нас был определенный вектор развития – и вдруг встал вопрос: что теперь?
Поэтому мы начали активно привлекать средства — как международные, так и украинские гранты. В частности, получили помощь от Фонда Елены Зеленской — 150 ноутбуков, которые передали преподавателям.
Такого количества масштабных международных проектов, как сейчас, у нас никогда не было. Речь идет не о небольших индивидуальных грантах преподавателей на несколько тысяч евро, а о крупных проектах. До войны у университета был один проект Erasmus. Когда их стало два, мы уже считали это большим успехом. Сейчас у нас четыре.
Несколько недель назад мы получили сообщение из офиса Erasmus о том, что наша проектная заявка победила. Теперь мы являемся национальными координаторами этого проекта. Его руководительница — первый проректор Ольга Гуренко, с которой мы вместе выезжали из зоны оккупации. Бюджет проекта — более 100 тысяч евро.
Еще одно направление — государственное финансирование научных исследований. До войны у нас было два-три таких проекта, теперь мы стабильно реализуем шесть. Поступления от грантовых научных исследований сегодня являются весомой статьей доходов университета.
В этом году мы определили новый вектор развития и разработали стратегию университета. Она, пожалуй, как ни одна предыдущая за всё время моей работы, была предметом широкого обсуждения.
В этом году мы впервые всей университетской семьёй — более 100 человек — поехали в Схидницу на Львовщине. Там провели Дни науки, представили международную деятельность, отметили традиционный День вышиванки, который проводим уже 15 лет. Один из дней посвятили круглому столу, где обсуждали стратегию развития. После этого её утвердили на учёном совете.
Главная идея стратегии — «университет без стен». Это не означает, что у нас буквально нет стен. Речь идет о том, что мы работаем и собираемся там, где нам удобно, интересно и выгодно.
Мы стали трансграничным университетом. Это и международная деятельность, и возможность для наших студентов и аспирантов приобретать новые компетенции в других высших учебных заведениях. Сейчас две соискательницы завершают стажировку в Италии, а недавно наши преподаватели вернулись со стажировки в Германии.
Такие обмены значительно активизировались по сравнению с довоенным периодом. Война — это большие вызовы, но в то же время и новые возможности.
По состоянию на август продолжается вступительная кампания. По количеству поданных заявлений мы уже на 26% опережаем прошлогодний показатель.
– Вы упомянули, что в рамках релокации были созданы новые проекты и партнерства. Что они собой представляют?
– Они разные. Каждый проект — это передовое направление в определенной сфере. Например, в этом году мы завершаем проект по открытой науке в рамках программы Erasmus.
В своё время я работал в сфере научной деятельности. Тогда мы гордились тем, что открыли новую специальность в аспирантуре, создали специализированный учёный совет, имели определённое количество публикаций. Сегодня подход несколько иной. Внутренние публикации интересуют прежде всего нас, но научные данные, достижения и результаты исследований должны быть доступны для всех. Публикации должны выходить в престижных научных изданиях, в базах Scopus и Web of Science.
То, что мы исследовали в рамках этого проекта, уже получило нормативное обеспечение и стало обязательным для всей системы высшего образования. А мы были пионерами этого направления.
Есть также проект государственного исследования перемещенных высших учебных заведений. Всего их 28. Нужно понимать сильные и слабые стороны каждого университета.
Министерство образования вначале пыталось объединять высшие учебные заведения. Пока что ничего хорошего из этого не получается. Я не возражаю против государственной политики оптимизации, ведь сеть высших учебных заведений сформировалась ещё в советские времена, когда население страны было значительно больше. Сегодня нас меньше, а система не только осталась прежней, но и разрослась из-за появления частных учебных заведений. Поэтому оптимизация необходима.
Но важно понимать, что каждое высшее учебное заведение — это отдельный мир, и при объединении неизбежны определённые потери.
Особенно сложная ситуация с перемещенными вузами. Если условный университет с оккупированной территории присоединяют к другому, то какой это посыл? Не означает ли это, что мы уже не рассчитываем на возвращение этого города под контроль Украины?
Если университет жизнеспособен, он выполняет три основные функции — образовательную, научную и воспитательную. Есть и нормативные требования. Например, законодательство предусматривает определенные требования к количеству студентов на очной форме обучения. Если учебное заведение им соответствует, его нужно сохранить. Это также сигнал о том, что мы рассчитываем на возвращение оккупированных территорий. Если же учебное заведение не соответствует нормативным требованиям, тогда его можно объединить с другим и таким образом решить проблему.
Мы стараемся работать с международными проектами и Фондом государственных исследований. Это отдельное направление, которое предполагает сотрудничество не только с Министерством образования и науки, но и с другими государственными и негосударственными учреждениями Украины. За такие возможности приходится конкурировать.
Последний проект, который мы выиграли, касается STEM-образования. Я считаю, что мы возвращаемся к тому, что в свое время было утрачено в Украине. В советское время существовала вечерняя форма обучения: человек работал и параллельно получал образование. Сегодня мы движемся несколько в другом направлении, но также стараемся совместить образование с работой. То есть готовим не просто теоретиков, а специалистов, которые параллельно приобретают практический опыт.
Это хорошо работает в Украине для технических и инженерных специальностей, когда человек учится и работает на производстве. В сфере образования STEM-подход пока фактически находится на начальном этапе. Наше исследование направлено на то, чтобы взять лучшие практики зарубежных партнеров, объединить их с нашим опытом в технических специальностях и предложить модель STEM-образования для педагогической отрасли. Ведь пока она не работает так, как нам хотелось бы.
«В этом году заявлений на поступление в университет больше, чем во все предыдущие годы»
– Сколько на сегодняшний день студентов обучается в университете? Как изменилось их количество по сравнению с довоенным периодом?
– В 2021–2022 учебном году у нас было 4629 студентов, а по состоянию на октябрь 2025 года – 4676. То есть количество студентов немного выросло, но в целом существенно не изменилось. В то же время в 2022 году наблюдался спад. В этом году у нас самое большое количество заявлений за весь период.
На сайте «Вступ.ОСВИТА.UA» на начало августа подано около 2400 заявлений, тогда как в 2022 году их было всего 600. От количества заявлений, соответственно, зависит и количество зачисленных студентов.
Наблюдаются определенные тенденции в отношении формата обучения. Поскольку в университете преобладает дистанционное обучение, лишь отдельные образовательные программы проводятся в смешанном формате. Это физическая культура и спорт, среднее образование, музыка, хореография и физика — специальности, где без работы в группе или с соответствующим оборудованием невозможно полноценно обучать студентов.
Также растет количество студентов на заочной форме обучения. По способу организации она похожа на дистанционный формат, но немного дешевле.
В то же время нынешние студенты существенно отличаются от тех, кто учился до 2022 года: они более закрыты. Поэтому мы постоянно работаем над их привлечением к офлайн-мероприятиям. У нас есть несколько крупных традиционных событий.
Первое — посвящение первокурсников, которое проводим в Запорожье, в хабе Бердянского района. Летом организуем поездку в Закарпатье. В этом году уже четвертый год подряд возим туда студентов. Приобрели собственный микроавтобус. Студенты отдыхают на базе возле Синевира, участвуют в тренингах и общаются.
Также ездим в Схидницу на Львовщине. В этом году там побывали более 20 студентов. Проводим мероприятия и в других городах.
Мы стараемся максимально вовлекать студентов в живое общение, ведь главная проблема — недостаточная социализация. После COVID-19, а затем из-за войны люди много времени проводят дома и мало общаются. Для нас это особенно важно, ведь мы в основном готовим учителей. Учитель должен уметь общаться с учениками, поэтому возможность живого общения и организация таких встреч являются неотъемлемой частью подготовки будущих педагогов.
– Как изменилось студенческое сообщество за эти годы? Кто сегодня учится в университете: в основном переселенцы из Бердянска или также абитуриенты из Запорожья и других регионов Украины?
– До полномасштабного вторжения студенты Бердянского государственного педагогического университета в основном были из Запорожской, Донецкой или Днепропетровской областей. То есть университет имел четко выраженный региональный характер.
Сегодня же нет ни одного региона Украины, откуда бы к нам не поступали студенты. Запорожская область уже не занимает первое место по количеству абитуриентов.
Больше всего абитуриентов в этом году – из Днепропетровской области, 34%. Запорожская область дает 14%, Киев – 10%, Киевская область – 9,9%. Доля Одесской области составляет почти 4%, Львовской – более 4%.
– По вашему мнению, что может стать аргументом для абитуриентов в пользу выбора именно вашего университета? В чём его преимущества?
– Во-первых, мы всегда стараемся быть на стороне абитуриента. Университет небольшой, поэтому, несмотря на дистанционный формат обучения, мы можем сопровождать каждого студента. В отличие от крупных университетов, мы знаем своих студентов лично и поддерживаем их на протяжении всего обучения.
Во-вторых, мы стремимся обеспечить максимально качественную подготовку. У нас сильный преподавательский состав.
В-третьих, это комфорт обучения. У нас большой опыт дистанционной работы, и мы уже много лет используем Zoom, поэтому этот формат хорошо отработан. Учиться у нас удобно.
И, наконец, наша философия «университета без стен» не предполагает больших затрат на содержание зданий, лабораторий и другой инфраструктуры. Благодаря этому мы можем предложить доступную стоимость обучения.
«Несмотря на войну, Бердянский государственный педагогический университет был, есть и будет одним из лучших педагогических вузов Украины»
– Какие вызовы стоят сегодня перед университетом?
– Главный вызов – война. Чем дольше она длится, тем сложнее нам работать. Уже четыре с половиной года полномасштабной войны, главный офис университета в Запорожье, здесь работает лишь часть коллектива – это непросто. Как будет дальше, мы не знаем. Но уверены: Бердянский государственный педагогический университет был, есть и будет одним из лучших педагогических высших учебных заведений Украины.
Второй вызов — государственная политика в сфере образования и демографическая ситуация. Молодёжь всё чаще не хочет поступать в украинские высшие учебные заведения, уезжает за границу и поступает там, иногда даже на государственное финансирование при поддержке иностранных партнёров, без сдачи НМТ.
Возникает вопрос: что мы можем сделать, чтобы молодежь оставалась в Украине, получала образование, а в будущем участвовала в восстановлении страны? Сокращение числа потенциальных студентов уже является серьезным вызовом.
В то же время система высшего образования трансформируется и демонстрирует положительную динамику. Украинское образование и научные достижения признаны в Европе и мире. Конечно, многое зависит и от государственного финансирования образования и науки.
Я не могу сказать, что государство сегодня не вкладывает средства. У нас нет проблем с финансированием, есть возможность привлекать различные гранты. Но главным вызовом остается война.
Нашу ситуацию можно сравнить с событиями Второй мировой войны. Во время оккупации Бердянска в 1941–1943 годах тогдашний Бердянский педагогический институт перенесли в Среднюю Азию, но учебный процесс там не велся. Сегодня же мы уже четыре с половиной года работаем и готовы работать дальше. Каждый на своём месте вносит вклад в нашу победу. Конечно, больше всего делают военнослужащие. Но мы тоже выполняем свою работу — готовим будущих учителей и других специалистов. Без этого невозможно обеспечить восстановление страны.
– О чём вы мечтаете? Каким видите будущее после окончания войны?
– Я мечтаю и верю, что Бердянск снова станет украинским. Думаю, рано или поздно возродится и порт, с которого началась история города. Нам нужно формировать соответствующую государственную политику – не только в сфере образования, но и в более широком контексте государственного строительства.
За четыре с половиной года оккупации, и мы не знаем, сколько она еще продлится, людям хорошо промывают мозги российской пропагандой. Поэтому после освобождения нужно будет возвращать украинские ценности на эти территории. А лучшего очага образования, культуры и науки, чем высшее учебное заведение, нет.
Поэтому я вижу будущее университета именно в Бердянске. Верю, что мы будем работать там, и те, кто придет после нас, будут утверждать украинские ценности в Северном Приазовье.
Я верю в наше государство и наш народ. Если мы не поддались врагу за четыре с половиной года, то не поддадимся никогда.
В первой части интервью ректор Бердянского государственного педагогического университета Игорь Богданов рассказал о захвате учебного заведения российскими военными, переезде в Запорожье и о том, что происходит с захваченным университетом в Бердянске.
Текст – Александр Носок, фото – БГПУ
Читайте также:
- Захват, давление на преподавателей и фейковый университет: что произошло с МГПУ в оккупированном Мелитополе (ИНТЕРВЬЮ)
- От устойчивости к развитию: как Мелитопольский государственный педагогический университет работает в условиях релокации (ИНТЕРВЬЮ)
Получайте новости быстрее с помощью нашего Telegram-канала: https://t.me/onenews_zp
Подписывайтесь на «Первый Запорожский» в Instagram!